Права женщины до революции

Права женщины до революции

Предисловие. Женщины в борьбе за равноправие. Женщины в советском обществе

Спорным был и вопрос о методах борьбы за равноправие. Многие участники феминистского движения считали, что борьба за равноправие — это борьба за соответствующие реформы. Но были и сторонники революционной борьбы, полагавшие, что при существующих государственных порядках добиться освобождения женщин невозможно, поэтому необходимо бороться за революционный переворот. Август Бебель говорил, в частности, что развитие современной техники, сокращая труд женщин в домашнем хозяйстве и облегчая применение женского труда в народном хозяйстве, уже совершает революционное преобразование в жизни женщин. Он подчеркивал, что

«Революционное преобразование, которое в корне изменяет все жизненные отношения, в особенности положение женщин, уже совершается, таким образом, на наших глазах». 23

Однако окончательное и полное освобождение женщин Бебель, как марксист, считал возможным лишь в результате революции и обобществления средств производства.

В течение первой половины нашего 20-го столетия в большинстве индустриальных стран Запада женщины без революции получили гражданские права 24 и суфражистское движение, достигнув своей цели, в основном, прекратилось. Конечно, формальное равноправие не выражает еще полного выравнивания в общественном положении полов. Отставание женщин в культурной, социальной, политической и экономической областях во многих случаях еще продолжается. Очевидно дальнейшая борьба за равноправие и достойное положение женщин в обществе будет еще продолжаться, хотя, может быть, и в иных формах.

Борьба за равноправие в России. В каждой стране женское движение и борьба за женское равноправие имела свои особенности. В России женское движение можно подразделить на два основных этапа: первый этап — движение до революции 1905 года, когда женщины добивались равноправия лишь в области образования, и второй этап — от революции 1905 года до революции 1917 года, когда женщины добивались равноправия не только в области образования, но и в политической области.

До 1905 года монархический абсолютизм исключал демократические выборы в общегосударственные учреждения и соответствующих избирательных прав как мужчины, так и женщины в России не имели. Женщины не могли бороться за свое женское равноправие, так как они были одинаково с мужчинами бесправны и в этом смысле » равноправны». Политически активные женщины принимали поэтому участие в общей политической борьбе вместе с мужчинами и входили в общие политические партии. Они так же, как мужчины шли за свободу своего народа в тюрьмы, ссылку и на каторгу (напр., Софья Перовская, Софья Бардина, Брешко-Брешковская, Вера Фигнер и мн. др.). И в этой борьбе женщины были на одном уровне с мужчинами.

Обстановку изменила революция 1905 года. Уже 18 февраля 1905г. было возвещено о желательности привлечения к политической деятельности «достойнейших, доверием народа облеченных, избранных от народа людей», а 17 октября 1905 года был обнародован подготовленный графом Витте манифест императора Николая II, имевший в виду «незыблемые основы гражданских свобод» и предусматривавший созыв Государственной Думы. Однако последовавший затем закон о порядке выборов в Думу от 11 декабря 1905 года дал избирательные права только мужчинам. Женщины избирательных прав не получили и оказались политически не равноправными. В связи с этим и в России возникло движение женщин, борющихся за равные с мужчинами избирательные права. Объединившиеся женщины — » равноправки» обратились к графу Витте с вопросом об избирательных правах женщин. Граф Витте ответил, что «при издании манифеста 17 октября вопрос о предоставлении женщинам избирательных прав не обсуждался». Тогда женщины составили петицию к только что избранным членам первой Государственной Думы. Петицию подписало 5000 женщин и она заканчивалась так:

«Избранники земли русской, вы призваны к великой созидательной работе на пользу нашей родины, отнеситесь справедливо и беспристрастно к заявлению женщин, требующих уравнения прав, отзовитесь согласием на многочисленные голоса тех, кто твердо убежден в правоте своих требований, и, в числе реформ, обновляющих Россию, внесите обновление в жизнь женщин, признав за ними равные права для участия в служении родине». 25

В Государственной Думе петиция женщин была поставлена на обсуждение и затем для разработки соответствующего законопроекта об избирательных правах женщин была организована специальная комиссия. Но Государственная Дума была распущена и комиссия закончить свою работу не успела. Были проведены выборы во вторую Государственную Думу. Женщины подали свою петицию и членам второй Государственной Думы. Петицию подписали на сей раз 7000 женщин. Однако вторая Государственная Дума поставить петицию на обсуждение не успела, так как тоже была распущена. Эти неудачи не обескуражили женщин.

Борьба женщин за свое равноправие продолжалась и разрасталась. В 1913 году женщины устроили в Петербурге «Женский День»,причем, на женском собрании в помещении Калашниковской биржи присутствовало 2000 человек. Это показывает масштабы разраставшейся в России борьбы за женское равноправие. Но через год началась первая мировая война, а через три года, в феврале 1917 года совершилась в России демократическая революция. В результате Февральской демократической революции женщины России получили равные избирательные права с мужчинами.

Положение женщин в СССР. Демократия, завоеванная Февральской революцией, просуществовала до октября 1917 года, когда произошла в России коммунистическая революция. Провозглашенный Февральской революцией принцип равноправия женщин получил после Октябрьской коммунистической революции дальнейшее развитие. Было провозглашено всестороннее равноправие женщин. Женщины по закону были уравнены с мужчинами во всех гражданских правах. Однако равенство по закону не всегда является равенством в жизни. Ленин говорил, например, что равенство по закону лишь первый, но не главный шаг в раскрепощении женщин.

«Главный шаг — отмена частной собственности на землю, фабрики и заводы. Этим и только этим, говорил Ленин, открывается дорога для полного и действительного освобождения женщины, освобождения ее от «домашнего рабства» путем перехода от мелкого, одиночного домашнего хозяйства к крупному общественному». 26

Частную собственность на средства производства — землю, фабрики, заводы — Октябрьская коммунистическая революция отменила. Все средства производства стали в СССР общественной социалистической собственностью. Казалось бы теперь полному и реальному равноправию женщин уже ничто не мешает. Но вот прошло девять лет революции и один из видных деятелей коммунизма — Л. Сосновский — пишет в 1926 году:

«Разумеется старый уклад трещит, рассыпается. Но нужно сказать правду. Поскольку еще не выкристаллизовался новый тип семьи под обломками старой, тяжелее всего приходится именно женщине, да еще детям. Тяжесть усугубляется тем, что очень уж велико противоречие между провозглашенным революцией раскрепощением, освобождением женщины и тем фактическим положением, какое она продолжает еще занимать. путь от провозглашения юридических прав до внедрения их в реальную действительность оказывается более долгим и мучительным, чем думают». 27

Прошло еще два года и другой деятель коммунизма — Сольц — пишет в «Правде»:

«Легко, очень легко было декларировать женское равноправие, но нужно много внимания, энергии и любви к строительству, чтобы равноправие женщины было полностью реализовано. Жизнь вообще стала труднее, но женщине после революции стало особенно трудно: вместе с новыми правами у нее появились новые обязанности и задачи, о которых до Октября она почти ничего не слыхала» 28

Таким образом после коммунистической революции женщинам в СССР стало жить труднее. Но вот прошло, наконец, 50 лет. И в ноябре 1967 года в одной из статей газеты «Известия» говорится, что до сих пор в судьбе женщин СССР»»

«волнует сторона моральная, какое-то приглушенное звучание сегодня женского вопроса». 29

Женщины живут в условиях коммунистического строительства уже 50 лет, формально женский вопрос разрешен, и тем не менее женский вопрос пусть приглушенно, но продолжает звучать и в СССР.

Спрашивается, ликвидирован ли разрыв между провозглашенным коммунистической революцией равноправием и действительным положением женщин, разрыв между пропагандными лозунгами и реальной жизнью? В каком положении находятся женщины СССР через 50 лет коммунистической революции и имеют ли они в действительности подлинное равноправие, свободу и независимость? На эти вопросы и пытается дать объективный ответ всё дальнейшее изложение.

II. ЖЕНЩИНЫ В СОВЕТСКОМ ОБЩЕСТВЕ

ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ ЖЕНЩИН

Женское образование в России. В прошлом положение женщины в обществе определялось главным образом замужеством: место женщины в обществе определялось местом ее мужа и женщина выступала в обществе не самостоятельно, а как спутница своего мужа. Однако в 19 столетии многие женщины России начали индивидуальную борьбу за образование и духовное развитие своей личности. Объективно эта борьба была и борьбой за свое самостоятельное место в обществе, поскольку образование давало женщинам определенное положение независимо от замужества. На некоторых фактах этой борьбы мы и остановимся кратко.

Низшее образование. Речь идет о борьбе женщин за среднее и, особенно, за высшее образование. Что касается низшего образования, то оно было доступно женщинам России с первого дня организации народных училищ. В указе от 7 ноября 1776 г. говорилось об учреждении народных училищ «по всем городам и многолюдным селениям для всех тех, кои добровольно пожелают обучаться в оных». Здесь имелись в виду и девочки. Значит, бороться за права низшего женского образования не требовалось: оно было дано правительством по своей инициативе. Но Россия была страной крестьянской. Крестьяне не слишком спешили воспользоваться правом образования девочек и поэтому число девочек в народных училищах было поначалу совершенно незначительно. В некоторых губерниях, (скажем, в Вятской губернии) долгое время не было ни одной семьи, которая пожелала бы отдать в училище девочку.

Преодоление внутренней косности происходило лишь постепенно и более или менее значительное количество девочек в народных училищах, особенно в городах, появилось лишь во второй половине 19 столетия.

Среднее образование. Развитие среднего женского образования началось в России во второй половине 18 столетия.

Первым средним учебным заведением для женщин был, основанный в Петербурге по указу императрицы Екатерины II от 5. 5. 1764 г. Смольный Институт благородных девиц. В 1785 г. по инициативе императрицы Марии Федоровны был открыт в Петербурге Акушерский Институт и в 1800 г. такой же Институт был открыт в Москве. В Петербурге был открыт второй институт благородных девиц — Мариинский. Успех женских учебных заведений вызвал в России и частную инициативу. Так, например, в 1811 году харьковское дворянство организовало по типу Смольного Института свой Харьковский Институт, устав которого имел в виду такую подготовку учениц, чтобы они «могли в случае необходимости собственными руками снискать себе пропитание». Численность учениц во всех этих учебных заведениях непрерывно росла и в 1824 году приближалась к 12.000 чел.

Развитие среднего женского образования встречало, конечно, и некоторые сомнения в обществе. Журнал «Вестник Европы» в 1819 году писал, например,

«Упражнение в науках и словесности есть ли необходимая принадлежность женщины? Не охладит ли любовь к словесности в женщине любви супружеской» 1

Но женщины стремились к образованию и в передовых кругах общества имели необходимую поддержку. В частности, такую поддержку оказывала вел. кн. Елена Павловна и приглашенный ею для руководства обществом сестер милосердия знаменитый русский хирург Н. И. Пирогов. В Крымскую войну сестры милосердия показали себя с самой лучшей стороны; они работали не только с прекрасным знанием своего дела, но и с величайшим самопожертвованием. Это была проверка целесообразности женского образования, и целесообразность эта была практически доказана. После Крымской войны (1853-1856) и наступившей затем эпохи великих реформ женское образование получило уже широкое развитие.

Но развитие женского образования было связано с местной инициативой и носило несколько пестрый характер. Возникла поэтому необходимость упорядочить это дело и ввести единый тип женских учебных заведений. Пятого марта 1856 г. был издан указ императора Александра II:

«Приступить к соображениям об устройстве, на первый раз в губернских городах, женских училищ, приближенных по курсу к гимназиям, по мере способов, которые к тому могут представиться». 1

В соответствии с этим указом министерство народного просвещения и ведомство императрицы Марии приступили к организации в разных городах женских общеобразовательных училищ с семилетним курсом обучения. Училища, принадлежащие к ведомству императрицы Марии, были названы Мариинскими училищами. Первое такое училище было открыто в Петербурге в 1858 году. В дальнейшем (в 1862 г.) общеобразовательные женские училища были переименованы в женские гимназии.

Несмотря на то, что некоторые видные руководители народного просвещения высказывались против женских гимназий, все же женские гимназии, как открытые всесословные учебные заведения, получили в эпоху великих реформ широкое развитие. Эпоху великих реформ, то есть конец второй половины пятидесятых и первую половину шестидесятых годов 19 столетия и можно считать началом среднего женского образования в России на прочной государственной основе.

Высшее образование. К эпохе великих реформ относятся и первые шаги по организации высшего женского образования в России. 2 В 1861-62 учебном году Петербургский университет впервые принял в состав студентов несколько женщин. 3 Но вскоре возникли студенческие беспорядки и прием женщин в университет был закрыт. После этого в Петербурге, Москве и Киеве в порядке частной инициативы были открыты общеобразовательные курсы для женщин. Хотя они не имели утвержденных правительством уставов и не давали женщинам формальных прав, но настойчивое стремление женщин к высшему образованию обеспечивало им более или менее нормальное существование. В своем стремлении к высшему образованию женщины находили моральную опору в ряде произведений художественной литературы (произведения Тургенева, Некрасова, Чернышевского), а также организационную поддержку отдельных общественных деятелей (Слепцов и др.), пытавшихся устроить приезжавших в Петербург девушек в бытовом и материальном отношении так, чтобы они могли учиться и существовать по возможности самостоятельно.

Тем не менее девушкам, стремящимся к высшему образованию приходилось преодолевать огромные трудности. Косность в семье, когда девушкам нередко приходилось рвать с родителями, противодействовавшими их образованию; косность в обществе, когда курсистки нередко считались «нигилистками», нарушающими общественные традиции; косность в правительственных кругах, когда отдельные представители власти видели и стремлении женщин к образованию признаки протеста против существующего строя — все это требовало от женщин исключительной выдержки.

В 1871 году Петербургский обер-полицмейстер Трепов в своем докладе на высочайшее имя писал о вреде женского образования и подчеркивал, что главный вред общеобразовательных женских курсов заключается

«. в развитии корпоративного духа между молодыми девушками. Это сказывается и в их внешности: черные платья, остриженные волосы, очки — все говорит о принадлежности к петербургскому обществу нигилисток. Отсюда нигилистическое направление может распространиться неудержимо. » 1

В связи с этим докладом 6 апреля 1871 г. было учреждено особое совещание по женскому образованию, мнение которого, очевидно, не совпало с мнением Трепова. Через год, 6 мая 1872 г. было уже официально утверждено положение о высших женских курсах проф. Герье в Москве, проф. Сорокина в Казани, а в 1877 году было утверждено положение о Бестужевских курсах в Петербурге (по имени учредителя и первого директора курсов проф. К. Н. Бестужева-Рюмина). Однако средств на содержание курсов правительство не отпустило и поэтому было организовано специальное общество по изысканию средств для высших женских курсов, и состав которого вошли видные общественные деятельницы того времени. 4 Таким образом высшее женское образование в России получило официальное признание государства и серьезную поддержку общества.

Но это еще не было полным равенством женщин в правах на высшее образование. В регулярные высшие учебные заведения женщины еще не принимались. И многие русские женщины уезжали учиться за границу. Только в одном Цюрихском университете обучалось в 1873 году 108 русских женщин. Кроме них из всех других государств обучалось в этом университете всего 20 иностранных женщин. 5 В 1867-1868 г. две русские женщины (Н. П. Суслова и М. А. Бокова) окончили за границей медицинский факультет и стали одними из первых в мире и первыми в России женщинами-врачами. 6 В 1874 г. окончила Геттингенский университет Софья В. Ковалевская и защитила докторскую диссертацию по математике («теорема Ковалевской»). В 1884 г. она стала профессором Стокгольмского университета и затем членом-корреспондентом Российской Академии Наук. Профессорами стали Ефименко, Андрианова, Щеглова и другие русские женщины. Таковы результаты высшего женского образования, полученного, главным образом, за границей.

Но и в России высшее женское образование продолжало развиваться. При Петербургской военно-медицинской академии были открыты в виде опыта «женские врачебные курсы», давшие отличные результаты 7 и в 1897 году был открыт в Петербурге женский медицинский Институт, причем окончившие этот Институт женщины-врачи получили равные с мужчинами права как на практическую врачебную деятельность, так и на государственную службу. В 1906 году было разрешено принимать женщин и в университеты, впрочем, через некоторое время снова отмененное. Однако в 1911 году было разрешено допускать женщин к экзаменам за полный университетский курс. Постепенно был открыт прием женщин во все высшие учебные заведения России и, таким образом, женщины благодаря своей настойчивости, выдержке и талантливости добились в образовании полного равноправия. В 1913 году женщин среди петербургского студенчества было уже 37,2 %. Высшее женское образование стало общепризнанным.

В конце 1912 и начале 1913 г. состоялся Всероссийский съезд по женскому образованию, в котором участвовало 1115 женщин-делегаток. Съезд принял много обстоятельных решений и дал толчок дальнейшему развитию женского образования. Женщины России оказались на пути к положению наиболее образованных женщин мира.

Женское образование в СССР. Перед революцией 1917 года удельный вес женщин в составе российского студенчества был одним из наиболее высоких в мире. Однако в СССР этот факт замалчивается. Советская статистика последних десятилетий об этом факте ничего не говорит. Все достижения в области женского образования приписываются только советской власти. Но в 1930 году Ленинградский исполком издал небольшим тиражом теперь «всеми забытый» и ставший библиографической редкостью » Статистический справочник по Ленинграду». Этот справочник мы имеем и в части высшего женского образования считаем его особенно интересным, так как С-Петербург — Петроград — Ленинград был тогда самым крупным центром высших учебных заведений, «городом вузов» и статистика его студенчества показательна для всей страны. Вот соответствующие официальные цифры: 8

Таким образом этот советский источник говорит о том, что до революции, в 1913-14 году женщины составляли 37,2 % общей численности петербургского студенчества и что в первые 12 лет существования советской власти удельный вес женщин, получающих высшее образование, не повысился, а наоборот, понизился. Только после 1930 года в связи с огромными тратами мужских резервов и исключительной нуждой в специалистах, партия вынуждена была обратиться к женским резервам. В связи с этим удельный вес женщин в высших учебных заведениях начал быстро повышаться. Перепись народонаселения 1959 года дала в части народного образования уже следующие цифры: 9

Как видим, женщины, особенно женщины в трудоспособном возрасте почти сравнялись в своем образовании с мужчинами. На каждую тысячу человек населения в трудоспособном возрасте приходится почти половина (26 + 421 = 447) женщин, имеющих высшее и среднее образование. Это является свидетельством несомненной одаренности женщин в области умственного труда.

В 1965 году женщин-специалистов с высшим и средним специальным образованием было в общей численности специалистов СССР: 10

Женщин-специалистов с высшим образованием 52%

Женщин-специалистов со средним спец. образованием 62%

Таким образом в общем составе специалистов СССР (инженеров, врачей, агрономов, педагогов и т. д.) женщин было больше, чем мужчин. Это говорит об огромной роли женщин в развитии страны и их месте в системе общественного труда.

Но в последнее время потребность в максимальной мобилизации женских резервов в СССР ослабла и уже замечаются некоторые тревожные симптомы. Удельный вес женщин в системе высшего образования начал снижаться. Вот, например, цифры, показывающие процент женщин в составе студентов высших учебных заведений СССР: 11

Как видим, процент женщин в составе студентов высших учебных заведений в последние годы неуклонно и резко снижается, а так как высшее образование является для женщины СССР основным путем к улучшению своего независимого общественного положения, то, прежде всего, именно поэтому такой факт является тревожным. Показывает ли он только колебание в темпах социальной эволюции или же сознательное оттеснение женщин с занятых ими общественных позиций и возврат к реакционным взглядам, связанным с «законами естества», покажут ближайшие годы.

В заключение остановимся кратко на положении женского образования в СССР сравнительно с другими странами некоммунистического мира. В порядке общей ориентировки в этом вопросе приведем следующие цифры; 12

Женщины и революция

Выставка рассказывает о борьбе женщин за политические и гражданские права, об их участии в революционном движении, о способах решения «женского вопроса» в России первой четверти ХХ века. Как жительницы России получили право голоса, почему выступление петроградских женщин стало «искрой» Февральской революции, как феминизм соотносится с марксизмом – об этом и многом другом рассказывают личные документы и фотографии, книги и плакаты, журналы, аксессуары и предметы гардероба.

Революционная эпоха ознаменовалась выходом на политическую сцену ярких и незаурядных женщин. Героинями выставки стали представительницы различных сословий, общественных и политических взглядов: работница и аристократка, курсистка и медсестра, эсерка и большевичка, графиня и командир Женского ударного батальона.

В первое десятилетие XX века Россия заняла ведущие позиции в Европе по количеству женщин с высшим образованием и женщин-врачей. Выставка начинается с рассказа о деятельности феминисток, которые боролись за женское образование и доступ к профессиям в царской России. Музейные материалы рассказывают о таких видных деятельницах женского движения как Анна Шабанова, Поликсена Шишкина-Явейн, графиня Софья Панина, Ариадна Тыркова. Более радикальные методы решения назревших вопросов практиковали революционерки — Екатерина Брешко-Брешковская, Вера Фигнер, Мария Спиридонова, Александра Коллонтай. Многие из террористических актов начала ХХ века были совершены женщинами. На выставке представлены уникальные открытки, на которых Мария Спиридонова и другие осужденные террористки запечатлены перед отправкой на каторгу, а также в заключении в Акатуйской тюрьме.

Общественная роль женщин усилилась в годы I мировой войны. Именно женщины в феврале 1917 г. вышли на улицы Петрограда против голода и войны. Протесты женщин стали одним из важных событий начала Февральской революции. Транспарант-знамя «товарищей женщин механической мастерской Путиловского завода» напоминает, что среди участниц революционного взрыва были не только домохозяйки, но и те, кого мобилизация мужчин-рабочих в армию заставила встать к станку.

Весной 1917 года феминистки добились избирательного права для женщин. «Гражданки свободной России» оказались одними из первых в мире, кто получил право голоса. На выставке представлены материалы, рассказывающие о том, как женщины добивались избирательных прав — листовки и плакаты, призывающие выйти на манифестацию в марте 1917 года, фотографии шествия, а также списки кандидаток в местные органы власти и в Учредительное Собрание.

В этот же период Временное правительство создаёт женские «батальоны смерти» – военные формирования, состоявшие исключительно из женщин. Вы увидите фотографии военной команды Марии Бочкаревой на строевых занятиях, на хозяйственной работе, в парикмахерской.

В 1917 году большевики активно привлекали на свою сторону работниц, соперничая с «буржуазными» женскими организациями. Рупором этой борьбы стал журнал «Работница» (шестой номер за 1917 год представлен на выставке). На выставке представлены фотографии и документы большевичек, активно участвовавших в установлении советской власти – Елены Стасовой, Александры Коллонтай, Надежды Крупской, Конкордии Самойловой и др.

Октябрьский переворот стал развилкой в истории «женского вопроса» – возобладали классовый подход и интересы партии большевиков. Советское правительство предоставило трудящимся женщинам социальные и политические права, но не создало реального равенства. Декреты, касающихся охраны женского труда и материнства, – их можно увидеть на выставке – оставались во многом декларативными в условиях Гражданской войны, когда миллионы женщин голодали и остались без работы. Завершает выставку рассказ о трансформации традиционной системы гендерных отношений в первое десятилетие Советской власти.

Музей благодарит за предоставленные материалы:

Российский государственный исторический архив

Российскую национальную библиотеку

Центральный государственный архив Санкт-Петербурга

Центральный государственный архив кинофонофотодокументов Санкт-Петербурга

ИРЛИ (Пушкинский дом) РАН, Литературный музей

Архив УФСБ России по Омской области

Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи

Музей электрического транспорта.

Аудиогид на русском языке

«Бросайте ружья и присоединяйтесь к нам»

Как женщины устроили Февральскую революцию

В Международный женский день «Газета.Ru» вспоминает, какие значительные события произошли по случаю этого праздника в 1917 году и какое участие в революционных событиях февраля сто лет назад приняли женщины.

Роль женщин в истории Февральской революции часто недооценивают, однако революционные события начались именно 23 февраля, то есть 8 марта по старому стилю, в День работницы, который впервые отметили в России в 1913 году, но праздновали нерегулярно.

Еще 9 января, в годовщину Кровавого воскресенья, на улицы Петрограда вышли женщины — работницы фабрик и жены солдат, уставшие стоять в очередях за хлебом. Месяц спустя забастовали рабочие Путиловского завода, а 23 февраля к демонстрации присоединились работницы трамвайного депо Васильевского острова, которые за несколько дней до этого отправили свою представительницу в 180-й пехотный полк и выяснили у солдат, что стрелять они не планируют.

Международный женский день отметили митингами и женщины, работавшие на текстильных мануфактурах Выборгской стороны, выдвинувшие лозунг «Война, дороговизна и положение женщины-работницы».

Когда на одном из митингов прозвучал призыв «На Невский!», толпа двинулась в центр. Так женщины и дети влились в общую демонстрацию.

И как писал потом Лев Троцкий в книге «История русской революции», «они шли на кордоны солдат смелее, чем мужчины, хватались за винтовки, просили, почти приказывали: «Бросайте ружья и присоединяйтесь к нам».

В феврале 1917-го женщины, вышедшие на улицы, — те, что трудились на низкооплачиваемых работах, считали копейки, чтобы прокормить детей, часами стояли в очередях за хлебом, — не выдвигали политических лозунгов. Их отправили на улицу скорее война, голод и отчаяние, чем идеология. Однако на тот момент в России существовало мощное женское политическое движение, требовавшее для женщин прав и свобод.

Движение, впрочем, весьма разношерстное. К моменту февральских событий феминистских организаций в стране насчитывалось около десятка. Еще с момента первой революции 1905–1906 годов здесь действовали Русское женское взаимноблаготворительное общество, Союз равноправия женщин, Российское общество улучшения участи женщин, Российская лига равноправия женщин, Женская прогрессивная партия, Общество защиты женщин и множество других либерально-демократических организаций.

Если мечтой лидеров некоторых организаций и было создание Всероссийского женского совета, то основан он был слишком поздно.

На бумаге — в мае, но на практике первое его заседание прошло лишь в декабре 1917-го: когда власть была уже в руках большевиков, он уже ничего не смог делать.

Было и отдельное женское движение марксистского толка, добивавшееся, по словам Александры Коллонтай, «замены старого мира новым миром общественного труда, братской солидарности и радости свободы», однако в февральских событиях социал-демократки участия не принимали из-за политических преследований (журнал «Работница» был основан в 1914 году, но после выхода нескольких номеров работу над ним пришлось прекратить из-за конфискаций и арестов, а снова он начал выходить лишь в мае 1917-го).

Еще с 60-х годов в России женщины последовательно добивались возможности учиться и получать высшее образование, становиться врачами и преподавать.

Благодаря их усилиям в России появлялись женщины-архитекторы, инженеры и агрономы. В начале XX века они пошли дальше и стали требовать для себя равных с мужчинами свобод — чтобы их уравняли в правах на наследование, допустили к участию в земском и городском самоуправлении, да и вопрос высшего образования, доступного на тот момент лишь избранным, оставался весьма актуальным.

Главным же политическим требованием феминисток было предоставление женщинам избирательного права. Они уже пытались его добиться в 1905-м, но вышедший 6 августа 1905 года закон его им не давал — фактически приравнивал женщин к несовершеннолетним, слабоумным и состоящим под судом.

Вскоре после принятия декларации о созыве Учредительного собрания и формирования Временного правительства Лига равноправия женщин начала бороться за то, чтобы женщинам предоставили право участвовать в грядущих выборах.

Демонстрация женщин, желавших иметь возможность избирать и быть избранными, прошла в Петрограде 20 марта. В ней приняли участие около 40 тысяч женщин, и на этот раз это были не только работницы фабрик, но и студентки Бестужевских курсов, врачи, преподавательницы — в общем, представительницы интеллигенции, которые несли соответствующие лозунги: «Место женщины — в Учредительном собрании», «Война до победного конца».

Впрочем, дойдя до Таврического дворца, женщины обнаружили, что не так уж едины: большевички, участвовавшие в демонстрации, были категорически против продолжения войны.

После небольшой стычки руководительницы Лиги равноправия женщин получили расплывчатые обещания от Михаила Родзянко, представлявшего Временное правительство, — на этом все и кончилось.

В дальнейшем противоречия между демократическим феминистским движением и социал-демократическим углублялись: первые были готовы вести войну до победного конца и формировали женские батальоны, вторые в соответствии с программой большевиков, преуспевавших в плане пропаганды, требовали мира.

В октябре представительницы этих двух направлений женского движения оказались по разные стороны баррикад. И все же политического равноправия женщины добились: 20 июля правительство ратифицировало решение о предоставлении всем женщинам, достигшим 21 года, избирательных прав. Так Россия стала первой в мире крупной державой, где женщины стали голосовать наравне с мужчинами.

На Западе, где всеобщего избирательного права требовали суфражистки, женщинам потребовалось для этого куда больше времени. В Великобритании в 1918 году избирательное право было предоставлено не всем женщинам, а только дамам старше 30 лет, являвшимся главой семейства или состоявшим в браке с главой семейства, либо окончившим университет. Только в 1928 году это право стало всеобщим.

А ведь родиной феминистского движения, то есть суфражизма, была именно Великобритания.

Слово «суфражистка» как самостоятельный термин появилось в начале XIX века. В условиях промышленной революции женщины в Великобритании впервые начали открыто возмущаться дискриминацией своего пола в социальной и в первую очередь политической сфере.

Суфражистки хотели получить избирательное право, возможность участвовать в заседаниях парламента и делать то же, что и мужчины, — ведь они работали равное количество часов в сутки.

Им нужно было принимать активное участие в жизни своей страны. Именно этот приоритет революционно настроенных англичанок дал название целому движению, которое впоследствии разрослось в других странах и континентах (от англ. suffrage — «голос, право голоса»).

После решительного отказа властей от этого беспрецедентного предложения суфражистки устроили путаницу в 1911 году, когда была учреждена перепись населения. Процедура требовала оставить свои личные данные на предложенном бланке, но в результате сочувствующие движению либо испортили формы протестными лозунгами, либо ушли на пикник на всю ночь.

Таким образом, британское правительство до сих пор не располагает точными данными переписи. По предположениям исследователей, «пикник» в ту ночь собрал несколько тысяч женщин. Слоганом этого мероприятия стала фраза «If women don’t count, neither shall they be counted» («Если женщины не принимаются в расчет, то их и не нужно пересчитывать»).

Не все акции протеста были столь миролюбивыми.

Женщины-суфражистки, состоявшие в организованных группах, перебили почти все витрины магазинов и государственных учреждений на улицах Лондона и Нью-Йорка молотками или спрятанными в бумагу бутылками и камнями.

Они брали пример со своего лидера Эмелин Панкхерст. Миссис Панкхерст однажды умудрилась бросить камнем в окно здания правительства в тот момент, когда ее схватил подоспевший полицейский. Тем не менее не стоит забывать о том, что образ милитаризованной суфражистки на сегодняшний день является чересчур растиражированным и стереотипным.

В странах Азии женщины не прибегали к насилию и не забивали безоружных полицейских зонтиками, чем не брезговали их западные сестры. Индийский общественный деятель Бхикаджи Кама занималась благотворительностью и борьбой за свободную Индию на родине, но вследствие болезни переехала в Европу.

В течение всей последующей жизни она принимала активное участие в британской и французской кампаниях по борьбе с дискриминацией женщин, а также своим примером давала начало революционной мысли в Индии. Одной из выдающихся фигур движения суфражисток азиатского происхождения в Лондоне была София Александра Далип Сингх — по происхождению сикхийская принцесса и крестная дочь королевы Виктории.

Большой упор ранние феминистки делали на звучные слоганы, ведь грамотный маркетинг — лучший друг любой революции.

Так, популярность обрел плакат, пропагандирующий воинственность женщин. Он изображал британского министра обороны того времени Ричарда Халдена на фоне строя пикетирующих женщин. Подпись гласила: «Ах! Если бы я мог найти мужчин, способных также идти вперед!»

Выйдя на улицы, женщины стали куда больше следить за собой — образ суфражистки должен был соответствовать своей сильной и независимой хозяйке, а не заложнице кухни и станка, которой она была раньше. Ее имидж будто предназначался для того, чтобы противоречить словам, которые она говорит: транспаранты держали руки, одетые в элегантные кружевные перчатки, а за свои принципы было принято стоять грудью, украшенной лучшими брошами своей владелицы.

Особого внимания заслуживает и лента, красочной перевязью лежащая на внешне хрупких женских плечах. Этот триколор состоял из фиолетового — цвета верности, «чистого» белого и зеленого, символизирующего надежду на светлое будущее.

Женственный облик первых феминисток сыграл на руку их популярности не только среди женщин среднего класса, но и светских дам. Феминизм был признан новым модным трендом, ведь воинственные и вместе с тем утонченные нарушительницы спокойствия не могли не привлечь внимания фотографов и репортеров.

Украина и права женщин

Основательница форума «Feminism.ua» Мария Дмитриева: как украинское общество относится к правам женщин?

Виталий Портников: Украинский феминизм — нет, это не историческое понятие, это реальность современной Украины, потому что права женщин в стране по-прежнему нужно защищать и отстаивать. Представляю сюжет моего коллеги Владимира Ивахненко.

Мобильное приложение Радио Свобода.

Владимир Ивахненко: Украина значительно отстает от европейских стран по гендерному равенству. Как свидетельствует отчет Всемирного экономического форума, во всемирном рейтинге из 144 стран Украина занимает лишь 61-е место, гендерное неравенство по формальным показателям ей удалось преодолеть лишь на 70%. Украинские женщины имеют равные с мужчинами возможности в сфере образования, доступа к медицинским услугам и правосудию. По сравнению с западноевропейскими странами, Украина сохраняет низкий уровень гендерного баланса в политической и общественной жизни, хотя в последнее годы и здесь наблюдается определенный прогресс.

Женщины составляют 11% депутатов Верховной Рады, их 12% в кабинете министров. Шестнадцать лет назад в парламенте и правительстве было не более 4% женщин. В то же время, как констатирует Amnesty International, заработная плата женщин примерно на четверть ниже, чем у мужчин на сопоставимых должностях.

Спокойное отношение украинского общества к гендерной проблеме в свое время разрушил Виктор Янукович, ныне скрывающийся от украинского правосудия в России. В ходе президентской кампании 2009 года на вопрос о теледебатах со своей соперницей Юлией Тимошенко политик ответил: «Если она женщина, то должна идти на кухню и показывать там свои прихоти». Это высказывание Януковича вызвало в обществе бурную дискуссию о равноправии, активизировало феминистское движение.

Еще не так давно украинкам была недоступна полноценная занятость более чем в четырех сотнях профессий, и только сейчас они могут становиться машинистами поездов метро, мотористами на речных и морских судах, водителями-дальнобойщиками. В декабре 2017 года Министерство здравоохранения Украины отменило приказ о перечне запрещенных для женщин профессий. Верховная Рада приняла законопроект, призванный создать равные условия и возможности для службы женщин и мужчин в армии.

Отношение к феминистскому движению в стране неоднозначно. Среди многочисленных организаций одной из самых известных в мире стала возникшая в Киеве в 2008 году «Femen» (впрочем, не все считают это движением феминистским). В конце 2015-го «Femen» официально прекратила свою деятельность на территории Украины, хотя время от времени активистки этой организации все еще устраивают эпатажные акции.

Как показывают опросы общественного мнения, около 10% украинок считают себя феминистками, 48% выступают за равноправие лишь в определенных вопросах, а еще 43% не поддерживают идеи феминизма.

Виталий Портников: Гостья нашего сегодняшнего эфира — Мария Дмитриева, основательница и модератор форума Feminism.ua. Поразительно, что в стране, которая 26 лет строит современное общество, женщины еще должны бороться за свои права, как суфражистки в Америке 150 лет назад!

Мария Дмитриева: Действительность такова, что чудесные права женщин на бумаге у нас очень часто нарушаются практически на всех уровнях общества. В конце концов, сталинская Конституция была для своего времени очень прогрессивным документом, а с правами человека в Советском Союзе было очень и очень грустно. Проблема в том, что добиться исполнения законодательства довольно сложно, в частности, и через суды.

Если мы говорим про домашнее насилие, про сексуальное насилие, то львиная доля этих преступлений остается нераскрытой, насильник остается ненаказанным, а женщины продолжают нести на себе тяготы эмоционального, психологического, экономического, сексуального, репродуктивного, физического насилия. И это одна из причин, почему у женщин в Украине так плохо со здоровьем: постоянный стресс никому не идет на пользу. И для государства это выливается в огромные деньги. Психологической поддержки для этих жертв нет, соответственно, травма остается непроработанной, и они остаются в этих условиях.

Любая попытка женщины уйти из ситуации домашнего насилия в шесть раз увеличивает шансы на то, что партнер ее убьет. Это подвергает опасности и ее детей тоже. Уйти особо некуда, у нас на всю Украину, по-моему, три с половиной приюта, которые официально принимают жертв домашнего насилия. И получается ситуация, когда одна из трех женин в Украине за время своей жизни подвергается той или иной форме домашнего насилия, одна из трех в течение своей жизни подвергается хотя бы одной попытке изнасилования. Это огромная непроработанная травма, огромное количество сломанных судеб, которые остаются незамеченными в обществе, при том, что женщины у нас составляют 56% населения.

Среди женщин больше людей с высшим образованием, чем среди мужчин, и весь этот огромный человеческий потенциал остается недовостребованным. В прошлом году портал объявлений о приеме на работу опубликовал свое исследование, которое показало, что женщинам на уровне начальника отдела на старте предлагают зарплату на треть меньше, чем мужчинам, на уровне директора департамента на старте женщинам предлагают вполовину меньшие деньги. Объем работы тот же, ответственность та же, квалификация та же, а денег она получает в два раза меньше, чем ее сосед по кабинету. Кто в таких условиях захочет работать на полную катушку?

На этом теряют компании, отрасль, государство, но об этом не говорит никто, кроме феминисток. А когда об этом заявляют феминистки, нас высмеивают и говорят: вы паникерши, ваши проблемы — какие-то маргинальные. Проблемы половины населения страны по определению не могут быть маргинальными.

Виталий Портников: Это в том случае, если сама половина населения их осознает.

Мария Дмитриева: Даже если они их не осознают, проблемы-то остаются. И женщина часто прекрасно понимает, что ей сложнее устроиться на работу, чем парню в ее возрасте. А для женщин после 45 лет найти работу — тоже большая проблема, им предлагают зарплаты зачастую в несколько раз меньше, чем мужчинам на тех же должностях. Но далеко не все женщины готовы видеть за этим системную картину угнетения, потому что когда ты начинаешь ее видеть, становится очень мрачно, тоскливо, и руки опускаются. Многие выбирают не видеть эту картину, думают: «Это мне так не повезло. У нас такой депрессивный регион, у нас больше любят брать на работу мальчиков».

На самом деле это все маленькие элементы огромной системы угнетения, которая приводит к огромным утратам в человеческом потенциале, в деньгах, в развитии. Я надеюсь, что с ростом женского самосознания, вызванного, в том числе, и «революцией достоинства», мы начнем более системно работать с этими проблемами, и власти наконец-то начнут демонстрировать хотя бы какую-то политическую волю в этом направлении за пределами тех немногих узких групп, которые сейчас над этим работают в парламенте (честь им и хвала, большая благодарность, но этого недостаточно). Нам надо, как в Швеции: там на последних выборах феминистская партия не прошла в парламент, потому что все партии феминистские.

Виталий Портников: Но, с другой стороны, это общество, по вашему мнению, остается мужским?

Мария Дмитриева: Я бы сказала, что общество у нас остается до сих пор тяжелобольным ненавистью и презрением к женщинам. В нашем обществе быть женщиной — это до сих пор немножечко стыдно, неприлично. Для более тщательной работы с этой проблематикой, конечно, нужно, чтобы люди, работающие на государственных должностях, знали, что такое равные права и возможности для мужчины и женщины, почему это выгодно, зачем это нужно государству, народу.

У нас последние несколько лет идет очень активное наступление на саму концепцию гендерного равенства, нам говорят, что это европейская гей-диктатура, геи хотят забирать у нас детей. У меня всегда в таких ситуациях возникает вопрос: если у ребенка будет два любящих его папы или две любящих его мамы — это что, хуже, чем если ребенок до взрослого возраста проживет в детдоме, а потом окажется на улице, потому что его никто не научил, как готовить себе еду?

Виталий Портников: Вы уверены, что это своевременное замечание для современного украинского общества?

Мария Дмитриева: Проблема в том, что гомофобия в украинском обществе тоже никуда не делась, поскольку она является следствием ненависти к женщинам. Меня позвали на встречу межпарламентского объединения «Равные возможности» с советом церквей, на которой обсуждалось, на каких условиях совет церквей позволит парламенту проголосовать за ратификацию Стамбульской конвенции (то есть это буквально было проговорено именно в такой форме). Я была очень удивлена, услышав, что их основная претензия — это то, что в Стамбульской конвенции фигурирует слово «гендер». Вся Европа приняла эту конвенцию, а им слово «гендер» встало поперек горла, хотя в украинском законодательстве последние 15 лет оно есть, но тут они вдруг опомнились.

Виталий Портников: С одной стороны, мы с вами обсуждаем, как украинское общество должно идти к современности, а современность — это права женщин. С другой стороны, мы говорим о том, что одним из важных моментов в последние годы, является повышение авторитета церкви. Как сочетать эти две вещи — это для меня тоже очень большой вопрос.

Мария Дмитриева: Очень многие христианские церкви Запада давно уже рукополагают женщин, женщины становятся священницами, дьяконисами, дослуживаются до уровня епископа. Буквально на днях в Армянской православной церкви рукоположили женщину. У нас, если посмотреть на прихожан, то львиная доля там женщины, но их роль — это в лучшем случае следить, чтобы никакая женщина, не дай бог, не зашла в церковь в штанах. Как это может привести людей к богу и христианству?

Современная семья совсем не похожа на то, как она выглядела хотя бы сто лет назад на территории Украины. В начале ХХ века женщины рожали в среднем по 10-12 детей, из которых выживали хорошо, если треть. Эти женщины умирали в довольно раннем возрасте, часто — вследствие беременности или родов, либо общей изношенности организма. Средняя продолжительность жизни у женщин в Украине в начале ХХ века составляла около 45 лет.

Сейчас значительная часть населения Украины живет так называемыми нуклеарными семьями — мама, папа, один ребенок (хорошо еще, если мама и папа, а ведь очень много семей, где мама и бабушка). И говорить о том, что у нас всегда были такие традиционные ценности, — это означает очень сильно кривить душой против того, что было на самом деле. Люди, которые это исследуют, рассказывают, что у нас была очень сильная традиция взаимной поддержки между женщинами. Это хорошая традиция, я за нее обеими руками.

А традиция, когда муж может безнаказанно «воспитывать» свою жену кулаком, а все общество смотрит в другую сторону, — это не та традиция, которую нам стоит поддерживать. Просто правые сейчас в Украине монополизируют определение того, что мы должны понимать под традиционными ценностями, и в результате или ты поддерживаешь украинскую культуру, или ты поддерживаешь современные ценности, разделяемые всей Европой.

Виталий Портников: Разве нет современной украинской культуры?

Мария Дмитриева: Это ложная дихотомия, которая является результатом того, что они присвоили себе право определять, что такое украинские традиционные ценности. И очень многие украинские феминистки говорят, что украинской традиционной культуре хватало того, что совершенно бесшовно вписывается в парадигму прав человека и в современные ценности, которые мы хотим разделять с Европой.

Виталий Портников: Например?

Мария Дмитриева: Тот же самый институт посестринства между женщинами. Когда женщина рожала, к ней приходили ее подруги, и в течение недели всю работу в ее доме выполняли подруги и родственницы. Женщины совместно занимались торговлей, производством продуктов потребления — все эти кооперативы тоже существовали в украинской традиционной культуре.

Надо смотреть, кто определяет традиционные ценности и что они в это вкладывают. Если они хотят нам рассказать, что в Украине надо восстановить домострой и полное право мужа «воспитывать» жену кулаками, то это не та часть традиционной культуры Украины, которую я готова поддерживать как украинская националистка и как феминистка. Я, кстати, украинская левая националистка — это важное уточнение, ведь у нас почему-то считают, что националисты все правые. Нет, националисты бывают правые, а бывают левые.

Для меня в свое время стали откровением тексты западных феминисток, в частности, феминисток третьего мира: Индии, Латинской Америки, — которые говорили о том, как они сочетают борьбу за права женщин и борьбу за независимость своих стран. В их опыте очень много похожего на опыт Украины, поскольку Украина тоже является постколониальной страной. Наш постколониальный синдром далеко не изжит, мы все еще с болью его выхаркиваем, и хорошо, если выхаркиваем, а у многих он до сих пор воспаляется внутри и в результате выходит черной слизью, и хорошо, если выходят. Их тексты открыли мне глаза на то, что для меня было проблемно сочетать мои левонационалистические взгляды и феминизм до тех пор, пока я не увидела, что люди это делают. И это вполне вписывается в ту парадигму, которой придерживались украинские феминистки конца XIX — начала ХХ века и в Российской империи, и в Австро-Венгерской империи, и в межвоенный период на Западной Украине, когда они ставили вопрос о необходимости законодательного закрепления прав женщин. Украинские националисты-мужчины обвиняли их, что они рушат украинскую семью, то есть современные правые украинские националисты не говорят в этом плане ничего нового.

Виталий Портников: То есть это такое повторение истории: современные женщины хотели, чтобы была свободная Украина, но чтобы в ней была и свободная женщина.

Мария Дмитриева: Да, мы снова повторяем эту историю, снова идем по кругу, потому что мы очень плохо знаем то, что происходило сто лет назад. Про украинское женское движение знают только те, кто его исследует. Это не является частью общественного сознания. На Западе были суфражистки, были феминистки, которые побили Черчилля зонтиком.

У нас про женскую историю говорят только те, кто ее исследует, и тех, кто пробует об этом говорить, часто обвиняют в том, что они очерняют нашу историю. Но историю нельзя очернить, ее можно только изучить. Там были и светлые, и темные пятна, но если мы будем закрывать глаза на то, что нам не нравится, мы получим искривленную картину, которая не даст понимания того, что происходит сейчас. Поэтому надо читать, узнавать, спрашивать этих ученых.

Одна львовская исследовательница занимается проблемой сексуального насилия, в частности, против женщин в украинском националистическом подполье. Ее коллеги смотрят на нее очень криво и часто говорят ей в глаза, что она очерняет украинское подполье. Но если такое было, почему мы не можем об этом говорить?

Когда женщины, исследующие то, что сейчас происходит в украинской армии, на фронте, поднимают проблему сексуального насилия, им говорят: вы выступаете на стороне наших противников. Извините, если в нашей армии руководство не предпринимает никаких шагов для того, чтобы прекратить и предотвратить сексуальное насилие против женщин и в армии, и на окружающих армию территориях, за что мы тогда боремся? Это к вопросу о Черчилле. Когда ему сказали во время Второй мировой, что надо урезать финансирование на искусство в школах, потому что нужны средства на войну, он ответил: «А за что мы тогда будем бороться?».

Соблюдение прав всех людей в Украине является чрезвычайно важным, я не понимаю, каким образом это можно сбросить со счетов только ради того, чтобы у нас была благостная картинка того, какие в целом хорошие наши военные. Я поддерживаю нашу армию, наших военных, но я жду от них, что они не будут насиловать мирное население и женщин, которые служат вместе с ними.

Виталий Портников: Вы говорите о феминистских партиях в Швеции, а вы представляете себе Украину, в которой тоже все партии будут феминистскими? Это сколько нужно десятилетий?

Мария Дмитриева: На самом деле для этого нужно совсем немного. В прошлом году «Самопомощь» получила большую финансовую поддержку от государства, потому что они выполнили требования украинского законодательства: у них не меньше трети списка в избирательной части составляют женщины. Финансовый стимул, хорошее паблисити — почему этим не воспользоваться?

Виталий Портников: Во многих странах мира есть сегодня такие нормы, и они выполняются. Вы хотите сказать, что в украинском парламенте только партия «Самопомощь» выполнила эту норму?

Мария Дмитриева: Насколько я помню, да, потому что в законе не прописаны карательные санкции для тех, кто ее не выполняет. Как только появится механизм наказания для тех, кто не соблюдает права женщин на уровне политических партий, я думаю, этот вопрос решится очень быстро. Для того, чтобы они стали более-менее феминистскими, все, что им надо, — это привлечь к своей работе активисток с мест. У нас в регионах очень много женских организаций, выполняющих просто титанические объемы работы, которые при нормальных условиях должно было бы выполнять государство. Но у государства то не доходят руки, то не хватает денег, то еще какая-то холера, поэтому эту работу делают женские организации. Для того, чтобы им не мешали делать эту работу, они часто стараются не привлекать к себе внимание.

Если этих людей с их опытом, знаниями, умением работать с местными партнерами, привлечь в политические партии, партии от этого только выиграют. Я думаю, что это всего лишь вопрос времени — когда они более активно начнут вовлекать активисток из регионов в свою работу.

Виталий Портников: У меня есть неполиткорректное замечание по этому поводу. В украинской политике всегда было достаточно много женщин и много заметных женщин, начиная с Юлии Тимошенко (это самый яркий образ, потому что Тимошенко дважды баллотировалась на пост президента Украины и оба раза получала немалую поддержку населения) и заканчивая депутатами местных советов. Очень часто бывает, что женщины в украинской политике ведут себя не как политики, а именно как женщины, они эксплуатируют гендер, что, мне кажется, очень далеко от феминизма.

Мария Дмитриева: Это связано в первую очередь с тем, что их на самом деле очень мало. Это происходит практически со всеми представителями меньшинных групп, когда они попадают на какой-то уровень принятия решений. Для того, чтобы остаться хотя бы на том месте, где они есть (я уже не говорю про то, чтобы двигаться куда-то дальше), они вынуждены использовать все ресурсы, которые им предоставляет общество. И для женщин это означает, в том числе, и демонстрировать свою женственность. Если мы сравним украинских политикинь с украинскими политиками, то отечественные политики-мужчины выглядят далеко не лучшим образом.

Виталий Портников: Они тоже в основном демонстрируют мужественность?

Мария Дмитриева: Их понимание мужественности — это набить кому-то морду, купить себе крутую тачку. Это гораздо больше говорит о том, как они себе представляют мужчин, чем о представлении о мужчинах в украинском обществе.

Виталий Портников: Я об этом не думал. Прекрасное доказательство того, насколько мы по-разному можем смотреть на одну и ту же проблему!

Мария Дмитриева: Украинские политикини и выглядят хорошо, и в массе своей высказываются вполне корректно и прогрессивно.

Виталий Портников: Возможно, потому, что им необходимо прилагать больше усилий для того, чтобы попасть наверх, чем мужчинам?

Мария Дмитриева: Это просто показывает, насколько у нас низкие требования к мужчинам в политике. Мужчина — хорошо, будешь политик. А женщина должна быть и умная, и прогрессивная, и с хорошей карьерой в политике, и какие-то достижения у нее есть. Давайте будем выдвигать к женщинам в политике такие же требования, как к мужчинам, или к мужчинам — такие же требования, как к женщинам.

Виталий Портников: Я бы сказал, что в политике было немало и не прогрессивных женщин. У Виктора Януковича было немало соратниц-женщин — видных, заметных, ярких, но я с трудом назову их прогрессивными.

Мария Дмитриева: Сам факт наличия женщин в политике не является основным фактором. Надо, чтобы их было достаточно много, чтобы среди них было, кого выбрать. А если на выборах президента у нас был список — мужчина, мужчина, мужчина, Тимошенко… Я абсолютно не согласна с ее политикой, я не могу за нее голосовать только потому, что она женщина. У меня есть мозг, как и у всех остальных женщин в этой стране, и я принимаю это решение рационально.

Виталий Портников: То есть вы имеете в виду, что мы должны дожить до ситуации, когда будет избирательный бюллетень, и людям будет не очень важно, женщина это или мужчина, потому что в нем будет достаточно женщин, чтобы выбирать из списка, а не так, как Юлия Тимошенко, которая прорывалась на этот мужской Олимп.

Мария Дмитриева: Причем, что интересно, она никогда не высказывалась в поддержку женского движения, не говорила, что она феминистка, она высказывалась критически в отношении женских организаций.

Виталий Портников: Потому что она политик в мужском обществе.

Мария Дмитриева: Когда ее посадили, ее организация буквально на следующий день кинула клич по женским организациям: женщину политически преследуют, давайте ее поддержим! Но если ты хочешь, чтобы тебя поддерживало женское движение, сделай что-то для него! А то ты на женское движение всю дорогу плюешь с высокой колокольни, а когда у тебя проблемы, женщины вдруг должны бежать защищать тебя грудью. Меня несколько удивляет такое потребительское отношение к женскому движению. Я знаю, что очень многие женщины, работавшие в женских организациях в регионах, тоже были крайне удивлены, когда их вдруг сделали виноватыми, что они не поддерживают Тимошенко в тюрьме.

Виталий Портников: Вы более оптимистично смотрите на перспективу с развитием Украины, или все-таки должны пройти долгие годы для того, чтобы политики действительно начали поддерживать женские организации, интересоваться этим, вне зависимости от своего пола?

Мария Дмитриева: Как феминистка я бы хотела, чтобы это произошло как можно быстрее. Но как человек с определенным жизненным опытом и наблюдениями, я прекрасно осознаю, что это не произойдет так быстро, как мне хотелось бы, как бы это ни было в интересах украинских женщин и украинского общества в целом.

Еще по теме:

  • Сроки исковой давности по ст 177 гк рф Апелляционное определение СК по гражданским делам Красноярского краевого суда от 10 ноября 2014 г. по делу N 33-9823/2014 (ключевые темы: сроки исковой давности - договор дарения - признание сделки недействительной - порядок наследования […]
  • Приватизация жилья в 1991 году Закон "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" Информация об изменениях: Законом РФ от 23 декабря 1992 г. N 4199-I в название настоящего Закона внесены изменения Закон РФ от 4 июля 1991 г. N 1541-I"О приватизации жилищного […]
  • Доп соглашение изложить в следующей редакции Дополнительное соглашение о внесении изменений в Московское трехстороннее соглашение на 2013-2015 годы между Правительством Москвы, московскими объединениями профсоюзов и московскими объединениями работодателей (от 17 декабря 2013 г. N […]
  • Ст 24 ч1 п 5 упк рф Статья 24 УПК РФ. Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела 1. Уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению по следующим основаниям: 1) отсутствие события […]
  • Процедура сдачи на водительские права Водительские права: до и после реформы МРЭО Восемь лет назад, еще во времена МРЭО, моя подруга, учившаяся тогда на водительских курсах, поделилась "радостью": 20людей из их группы должны "скинуться" по 200 баксов с ученика "на права". […]
  • П1 ст 24 упк рф комментарии Статья 24. Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела 1. Уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению по следующим основаниям: 1) отсутствие события […]
  • 24 Судебная власть в рф Судебная власть в РФ (1) Главная > Реферат >Государство и право Глава I. Судебная власть в системе органов Российского государства…. 5 - 7 Глава II. Понятие правосудия. Признаки и принципы правосудия……. 8 - 14 Глава III. Суд как орган […]
  • Ипотека в втб 24 условия в 2018 году материнский капитал Ипотека в банке ВТБ 24 под материнский капитал Ипотека плюс материнский капитал равняется квартире. Такое уравнение Банк ВТБ 24 начал решать еще в 2011 году. В результате тысячи российских семей сегодня получают ипотеку в ВТБ 24 под […]